Подписка на обновления
|
Текущие тенденции в свиноводстве России и целевые ориентиры до 2030 годаТекущие тенденции в свиноводстве России и целевые ориентиры до 2030 годаИнтервью с генеральным директором Национального союза свиноводов (НСС) Юрием Ковалевым.
— Юрий Иванович, в конце июня 2024 года прошло юбилейное 15-е годовое собрание Национального союза свиноводов. Как вы оцениваете итоги проделанной за 15 лет работы и достигнуты ли основные цели, которые ставили перед собой бизнес-сообщество и руководство НСС? — Действительно, нашему Союзу исполнилось уже 15 лет. С момента его создания важнейшей практической целью, которую ставила перед собой наша отраслевая организация, была поддержка рентабельности конкурентоспособных отечественных свиноводческих компаний на уровне, обеспечивающем расширенное воспроизводство в долгосрочной перспективе. Проделанная за эти годы работа исполнительного аппарата, Совета директоров убедительно продемонстрировала очень важную роль Союза в создании благоприятных инвестиционных условий в отрасли. Союз свиноводов обеспечивает поддержание набранных темпов развития отрасли, создает у наших инвесторов уверенность в том, что Союз последовательно и профессионально защищает интересы их бизнеса, не только решает текущие системные проблемы, но и прогнозирует ближайшее и отдаленное будущее, формулирует основные принципы стратегического развития отрасли. Итоги и темпы развития отрасли за эти годы доказывают, что с данной задачей Союз достойно справляется. Так, в свиноводстве, как и в мясном животноводстве в целом, за последние 15 лет сделан огромный рывок, а импульс выхода на 100%- ную самообеспеченность в 2018 году окончательно утвердил новую расстановку сил на внутреннем мясном рынке. От продолжавшейся 30 лет эры импортозависимости страны по мясу (и прежде всего по свинине) мы вплотную подошли к этапу создания серьезного экспортного потенциала. В настоящее время от импортозамещения мы перешли к экспортоориентированной стратегии. Главный стратегический вызов отрасли свиноводства на следующие 10 лет — войти в ТОП-5 мировых экспортеров свинины. Без ответа на этот вызов дальнейшее поступательное развитие отрасли свиноводства будет крайне затруднительно.
— С 2020 года после перехода отрасли на 100%-ную самообеспеченность руководство НСС особое внимание уделяет риску перенасыщения рынка свинины. Как справлялось свиноводство с вызовами последних лет?
— Я с неослабевающей категоричностью продолжаю утверждать, что этот риск абсолютно реален. Так, начиная с 2020 года на наш 100% самообеспеченный рынок ежегодно дополнительно поступало по 250–500 тыс. тонн свинины в живом весе (или +5...+10% ежегодно). В 2022 году этот вызов встал перед отраслью в полный рост. По итогам 2022 года промышленный сектор, как и прогнозировалось нами, обеспечил прирост около 340 тыс. тонн в живом весе, или почти +7%. При этом общий объем превысил 4,5 млн тонн в убойном весе. Этим результатом Россия уверенно подтвердила свое место в ТОП-5 мировых производителей свинины, практически разделив 4–5-е место с Бразилией. Но главное, повторюсь, — 340 тыс. тонн дополнительной свинины поступило на уже самообеспеченный рынок. Вызов был очень серьезным. Дополнительный объем отечественной свинины предсказуемо резко усилил внутреннюю конкуренцию, и среднегодовые оптовые цены на живых свиней упали на 5,8%(–7,5 рублей за килограмм). И все это на фоне девальвации, кратного роста стоимости ветпрепаратов и кормовых добавок из-за нарушения логистических цепочек, других санкционных ограничений. На фоне падающих оптовых цен на нашу продукцию, а также общей неопределенности ситуация с маржинальностью бизнеса стала очень тревожной. Однако вторая половина года с огромным урожаем, удешевлением зерна и шротов, а также укреплением рубля внесла определяющие положительные коррективы. В результате значение производственной себестоимости в четвертом квартале начало формироваться в пределах 70–75 рублей за килограмм, а у эффективных компаний по итогам 2022 года рентабельность осталась на приемлемом уровне 20–25%. Стабильная ценовая ситуация с внутренними ценами на зерно — главный фактор стабильности животноводства в 2022 году, сегодня и, надеемся, в будущем.
— Каковы основные итоги 2023 года?
— Вы можете видеть основные итоги 2023 года в табл. 1. Таблица 1 Производство свинины в РФ за январь–декабрь 2023 г., тыс. тонн, живой вес
Источник: Росстат
По итогам 2023 г. прирост в СХП превысил +6,5% (более 340 тыс. тонн в живом весе). Снижение производства свинины в ЛПХ (–10,0%) и КФХ (–9,9%) уменьшили общий прирост производства свинины в РФ до +4,9% (до почти +290 тыс. тонн в живом весе). Производство продолжает интенсивно прирастать: I кв. +7,1%, II кв. +4,7%, III кв. +6,6%, IV кв. +7,6%. Производство свинины в декабре 2023 г. достигло максимальных значений за 30 лет — почти 520 тыс. тонн. В ноябре темп прироста снизился до 4,4%, а в декабре вновь усилился до 10,5%.
Так, производство свинины в индустриальном секторе прогнозируемо выросло на 343 тыс. тонн в живом весе, или на 6,5%. С учетом падения в секторах ЛПХ и КФХ общий прирост составил около 5%. В результате на уже самообеспеченный рынок добавилось более 200 тыс. тонн свинины в убойном весе. При этом производство прирастало достаточно планомерно с ежемесячной динамикой от 5 до 10% к аналогичным месяцам прошлого года. В декабре производство выросло на 10,5% и достигло максимального за все годы значения 520 тыс. тонн. Все эти приросты были точным отражением тех прогнозов, которые в прошлом году сделал НСС на основе ежегодного мониторинга бизнес-планов хозяйств.
С удовлетворением отмечу, что свиноводство стало в 2023 году главным драйвером роста мясной отрасли как по объемам (90% от всего прироста мяса), так и по темпам прироста (табл. 2). Таблица 2 Производство мяса в РФ за январь–декабрь 2023 г., тыс. тонн, живой вес
Источник: Росстат
Свинина является главным драйвером роста (90% от всего объема прироста) как по объемам, так и по темпу прироста. В 2023 г. производство свинины и говядины увеличилось на +4,9% и +1,8% соответственно. Рост производства в этих сегментах компенсировал снижение в других и обеспечил прирост общего производства мяса +2%, который превысил 318 тыс. тонн.
Продолжается рост среднедушевого потребления мяса, и по итогам 2023 года оно достигло 81 килограмма в год. Важно, что за последние 8 лет общее потребление мяса выросло на 13%, а потребление свинины выросло и составило 33% от общего объема мясных ресурсов.
В результате уровень потребления свинины достиг почти 31 кг на человека в год, а в общей структуре мяса доля свинины достигла 38% (рис. 1), что стало наибольшими достижением за последние 30 лет.
Составляемый нашим Союзом ежегодный рейтинг ТОП-20 крупнейших производителей свинины в РФ по итогам 2023 года показал, что в 2023 году их доля в промышленном секторе почти достигла 77%. При этом практически весь прирост 2023 года обеспечивали именно эти предприятия. Что касается опасений касательно излишней концентрации производства свинины в РФ, поясню, что доля трех наших крупнейших компаний составляет 26% промышленного производства свинины. В то же время в развитом мясном секторе таких стран, как США, Бразилия, как правило, тройка компаний-лидеров контролируют минимум 50% производства. Это является их ключевым преимуществом в глобальной конкуренции. Так устроен международный рынок мяса.
— Какие факторы импортозависимости остались в свиноводстве? — В отрасли есть три ключевых блока, которые в той или иной степени являются импортозависимыми, а соответственно, после усиления санкционного режима могли перейти в зону повышенного риска. Во-первых, это генетика. В отрасли преодолена критическая импортозависимость в области генетики, так как мировые лидеры в этой области пошли на локализацию в России своих чистых пород племенных животных в сертифицированных селекционно-генетических центрах. Результатом этой многолетней совместной работы является снижение средней конверсии по стаду с 2,91 до 2,76. А наиболее эффективные компании уже достигли показателя 2,65–2,68. Улучшены показатели реализации свинины в живом весе на одну свиноматку в год. За последние годы средний показатель вырос с 3 до 3,5 тонн в год, но отраслевые лидеры перешагнули рубеж в 4 тонны и достигли значений 4,2–4,3 тонн в год.
Средняя рентабельность по EBITDA оценивается в 20–25%. Однако самые эффективные компании добиваются показателя 30–35%, а наименее конкурентоспособные с трудом удерживаются на уровне 10–15%. И это при сегодняшних, безусловно, одних из самых низких, ценах на зерно. Такая ценовая конъюнктура рынка зерна не может сохраняться долго. Соответственно, необходимо стремиться к повышению результативности и конкурентоспособности всеми имеющимися методами (снижение затрат, генетика, корма, ветпрепараты и т.д.). Вторым фактором импортозависимости является недостаток отечественного оборудования для всех этапов производства в отрасли свиноводства. Здесь ситуация более разнообразная. Практически решен вопрос с импортозамещением таких участков, как строительство комбикормовых заводов, элеваторов, специализированных скотовозов и т.д. Значительного прогресса добились российские компании в производстве различных компонентов для строительства свинокомплексов. Самая напряженная ситуация сложилась с оснащением интенсивных автоматизированных производственных линий убоя и первичной разделки свинины в связи с уходом с российского рынка основного мирового поставщика. Однако к концу 2025 года более 90% отечественных компаний по своему техническому и технологическому уровню всего комплекса производства и переработки свиного мяса будут соответствовать самым передовым стандартам в мире. Данный анализ позволяет заключить, что к этому времени мы в основном завершим модернизацию отрасли, сделав ее одной из самых современных в мире. Третьим узлом, связанным с импортозависимостью, остаются ветеринарные иммунобиологические препараты. С одной стороны, в группе особо опасных болезней, таких как КЧС, у нас 100%-ная обеспеченность отечественными препаратами. Следующая важнейшая для свиноводства группа — это экономически значимые заболевания, такие как РРСС, цирковирус и микоплазма. Здесь доля импортных вакцин до сегодняшних дней превышает 90%, что, безусловно, является критической импортозависимостью. По другим заболеваниям картина выглядит хотя и получше, но тоже настораживающе. Именно поэтому за последние годы и особенно в настоящее время со стороны государства в лице Минсельхоза, отечественных ветеринарных фирм и крупнейших свиноводческих предприятий предпринимаются реалистичные и действенные шаги, направленные на преодоление этой критической импортозависимости в течение нескольких следующих лет. Здесь нет времени говорить обо всех деталях и нюансах этой многосложной и многопрофильной деятельности. Скажу только, что наш Союз уделяет исключительное внимание этому вопросу, является конструктивным коммуникатором и соорганизатором взаимодействия между Минсельхозом, ветеринарными компаниями и бизнесом свиноводства. — Союз свиноводов еще 2020 году доложил об «обнулении импорта». Каковы достижения в направлении внешних продаж в 2023 году?
— Действительно, еще в 2012 году мы с объемом импорта свинины 1,25 млн тонн делили с Японией первое-второе место в мире. Однако по итогам 2021, 2022, а затем и 2023 года полностью подтвердили свершившийся факт практического отказа от закупок в страну свиных продуктов.
В последние годы руководство страны и руководство НСС особое внимание уделяют экспансии внешних продаж продукции животноводства. В прошедшем 2023 году экспорт всех видов мяса увеличился на 11% и составил более 631тыс.тонн (≈1,4 млрд USD). При этом общий экспорт продукции животного происхождения превысил 1 млн тонн суммарной стоимостью 2,1 млрд USD. Основным драйвером роста стала продукция свиноводства, продажи которой за рубеж выросли на +38% и достигли 240 тыс. тонн на сумму около 500 млн USD. Основными странами — покупателями продукции свиноводства стали Беларусь и Вьетнам, суммарно обеспечивающие 75% экспорта. На этих рынках мы достигли доминирующего положения (Беларусь — 100%, Вьетнам — 50%). Конечно, в данных направлениях мы добились огромного успеха, однако, что называется, «достигли потолка» и существенное увеличение поставок на этих рынках в будущем невозможно, поэтому открытие Китая, которое произошло в начале 2024 года, дает отрасли новые перспективы для роста объемов экспорта. — Юрий Иванович, Союз свиноводов уже анализировал первые результаты 2024 года? Расскажите о планах и ожиданиях по текущему году.
— Да, мы уже имеем платформу для предварительных прогнозов на этот год, и есть уже предварительные итоги первого полугодия 2024 года (табл. 3).
Таблица 3
Производство свинины в РФ за январь–июнь 2024 г., тыс. тонн, живой вес
В 2024 г. производство в СХП продолжает интенсивно прирастать: январь +6,4%, февраль +9,2%, март +6,0%, апрель +10,2%, май +5,5%, что соответствует базовому прогнозу НСС. За I полугодие 2024 г. прирост производства свинины в СХП составит +6,8% (почти +185 тыс. тонн в живом весе). Снижение производства свинины в ЛПХ (–10%) и КФХ (–14%) уменьшат общий прирост производства свинины в РФ до +5,8% (более +166 тыс. тонн в живом весе).
По оценочным данным за первые 6 месяцев мы видим, что, как и прогнозировалось, темпы приростов продолжают оставаться весьма высокими: +6,8% в СХП, или +185 тыс. тонн в живом весе. Причем 85% всех приростов приходится на ЦФО, который является ценообразующим для всей страны.
Хочу подробно остановиться на анализе экспорта в первом полугодии, играющего все большую роль в стабилизации развития отрасли. В целом в первом полугодии суммарный экспорт практически не изменился, то есть весь дополнительный объем производства свинины (около 130 тыс. тонн в убойном весе) остался на внутреннем рынке. Экспорт в Китай только начинает приносить первые, пока очень скромные результаты — порядка 10 тыс. тонн (табл. 4).
Таблица 4
Суммарный экспорт продукции свиноводства по странам за январь–июнь 2024 г., тыс. тонн
* оценка НСС, май и июнь 2024 г. — прогноз НСС.
За январь–июнь 2024 г. экспорт в страны ЕАЭС и в страны Азии и ЮВА составит более 35% и 42% соответственно, в другие направления — ~22%. Нарастают отгрузки с открытых предприятий в Китай. В сентябре 2023 г. Казахстан закрыл импорт свинины из России.
За I полугодие 2024 г. структура экспорта продукции свиноводства по целевым экспортным рынкам существенно изменится. Из-за введения с 29 сентября 2023 г. временных ограничений на экспорт продукции свиноводства из регионов РФ казахстанской стороной экспорт в Казахстан практически обнулился. Экспорт во Вьетнам также снизился. Увеличение экспорта в Сербию, Беларусь, Гонконг, Монголию и в Китай компенсирует снижение экспорта по другим направлениям и обеспечит его рост на +2%.
Это вполне объяснимо, так как первые поставки начались всего лишь два-три месяца назад и всего тремя компаниями. Во втором полугодии мы ожидаем кратного роста и по итогам года надеемся выйти на показатель как минимум 60–70 тыс. тонн.
— Куда же были направлены эти дополнительные объемы?
— Во-первых, продолжился интенсивный рост (+6%) потребления свинины. Практически весь дополнительный объем производства (около 130 тыс. тонн) пошел на увеличение потребления как в каналах розницы, так и в мясопереработке. Главной причиной этого стал продолжающийся со второй половины 2023 года повышенный спрос на мясо и особенно на свинину. Хотя, по-видимому, сегодня мы должны считать этот спрос не повышенным, а уже просто текущим, перешедшим на новый уровень. Вторая причина состоит в том, что прирост потребительских цен на свинину оказался ниже прироста цены по остальным видам мяса. Более того, по данным Росстата, за первые 5 месяцев этого года потребительская цена на свинину практически не изменилась и даже снижалась при общей инфляции за этот же период на уровне 7–8%. Несмотря на значительный прирост производства (+5,8%), оптовые цены за первое полугодие (когда этот спрос еще не сформировался) не только не снизились, но и стали выше на 12% (127 рублей за килограмм). Это соответствует уровню второй половины прошлого года. Поэтому, учитывая сезонный фактор роста спроса в III квартале, мы прогнозируем среднюю цену за весь 2024 год в районе 130 рублей за килограмм живого веса, или +5% к средней цене прошлого года. — Расскажите, пожалуйста, о перспективах отрасли до 2026 года, о задачах и тенденциях будущего. — Хотя сегодняшние быстро меняющиеся обстоятельства значительно усложняют ситуацию, мы тем не менее составляем прогнозы и достаточно уверены в них. В конце прошлого 2023 года мы провели уточняющий мониторинг бизнес-планов компаний с учетом всех особенностей по эпизоотиям. Собранные данные позволяют сказать, что в ближайшие три года только крупнейшие компании из списка ТОП-20 планируют увеличить свое ежегодное производство почти на 800 тыс. тонн в живом весе (почти на 20%). Приросты будут ежегодно составлять 200–400 тыс. тонн. — А куда будут направлены эти дополнительные объемы с учетом той новой реальности и ее главного аргумента — достижения 100%-ной самообеспеченности по свинине? — Во-первых, тенденции прошлых 3–5 лет дают возможность прогнозировать рост потребления в объеме минимум до 300 тыс. тонн в течение следующих трех лет из-за неизбежного относительного снижения оптовых цен. Кроме того, хочу напомнить про новые вышеописанные мной факторы по смещению спроса в сторону свинины от более дорогой говядины, с одной стороны, а также от птицы к свинине из-за выравнивания цен на них — с другой. Это позволяет надеяться на еще более высокий рост потребления свинины в среднесрочной перспективе. Во-вторых, неизбежно упадет производство в старых или неэффективных комплексах и ЛПХ по 50 тыс. тонн в расчете на хозяйство. И новые мощности высокоэффективных производств заместят эти выпадающие объемы. В-третьих, достаточно драматичный опыт 2021 года заставляет нас закладывать в прогнозы возможные потери по эпизоотическим проблемам на уровне не менее 50 тыс. тонн за три года. Фактор снижения импорта нам помочь не может. А вот рост экспорта в предстоящие 3–4 года с 250 до 400 тыс. тонн вероятен. Он связан с открытием рынка Китая и является одновременно самым большим риском и самой большой возможностью. В таком сценарии достаточно неопределенностей и «подводных камней», но тем не менее он является наиболее реалистичным и актуальным вплоть до 2030 года. — Юрий Иванович, благодарим за исчерпывающую информацию.
Беседу вела В. Дубинская
|